Жлобинский район в годы оккупации

Немецко-фашистский оккупационный режим. Политика геноцида. Массовый расстрел еврейского населения (г. Жлобин, д. Щедрин). Вывоз населения на принудительные работы в Германию. Карательные экспедиции. Сожжение деревень. Трагическая судьба деревни Ола. Создание и действие концентрационного детского лагеря в Красном Береге.

Немецко-фашистский оккупационный режим на территории Жлобинщины.                  

На оккупированной территории Беларуси немецко-фашистские захватчики вводили «новый порядок». Он был направлен на ликвидацию советского строя, эксплуатацию национальных богатств и ресурсов Беларуси, угнетение и уничтожение людей.

С августа 1941 по июнь 1944 г. Жлобин оказался под фашистской оккупацией. Согласно немецкому административно-территориальному разделу район вместе с северной частью Гомельской области оказался в «Область охраны тыла группы армий «Центр». Это означало, что здесь, в отличие от других оккупированных территорий, отсутствовала гражданская администрация, а власть полностью принадлежала военно-полицейскому аппарату. В Жлобине была создана военная комендатура, а при ней – соответствующие хозяйственные службы, которые занимались организацией продовольственных и хозяйственных поставок армии и мобилизацией местного населения на продовольственные работы. Военная власть принадлежала охранным войскам СС, в помощь которым были призваны специальные полицейские отряды.

Главным средством осуществления своих целей фашисты сделали политику геноцида. Она была направлена на полное или частичное уничтожения групп населения по расовым, национальным, этническим, политическим или религиозным признакам. Смерть угрожала сотням тысяч людей. С фашистских солдат и офицеров снималась всякая ответственность за преступления на оккупированных территориях.

Отношение оккупантов к белорусам определялась планом «Ост», по которому предусматривалось 75% русских, белорусов, украинцев физически уничтожить или выселить, а остальных 25%  онемечить и превратить в рабов. Цыган и евреев, которые жили также в Беларуси, ожидало полное уничтожение.

В самых тяжелых условиях на оккупированных территориях оказались военнопленные Красной Армии. СССР не подписало специальные конвенции о режиме обращения с военнопленными, поэтому к ним допускалось самое жестокое обращение. Более того, сталинский режим приравнивал военнопленных к врагам народа, ибо по официальной идеологии советский солдат-патриот должен был умереть в бою, но не сдаться противнику.

Лагеря военной создавались на всей территории оккупированной Беларуси, включая и Жлобинщину. В самом Жлобине было создано два лагеря, в одном из которых содержались раненые красноармейцы. Еще один лагерь размещался на станции Солтановка. Пленные использовались на тыловых работах, их перебрасывали в более крупные лагеря. Во время такой транспортировки на станции Вирский часть пленных смогло убежать из состава. В ответ фашисты отобрали из этого же состава и расстреляли заложников.

Одной из первых мер «нового немецкого порядка» стало «окончательное решение еврейского вопроса» на занятых территориях. Еврейское население сгонялось в специальные места проживания – гетто и использовалось как рабочая сила. В Беларуси было создано свыше 110 гетто. На территории Жлобина было создано 2 гетто. Жителям запрещалось их покидать, они были обязаны носить специальные знаки на одежде. Для гетто были характерны скученность, антисанитарные условия, тяжелый труд; жители терпели издевательства, голод, погромы, убийства.

Весной 1942 г. нацисты начали проводить акции массового уничтожения евреев. Первой жертвой стали жители Щедрина. 8 марта 1942 г. на окраине бывшего местечка были расстреляны более тысячи евреев вместе с захваченными коммунистами, советскими активистами и партизанами. Столько же мирных жителей еврейской национальности было расстреляно 14 апреля в танковом рву между Жлобином и Лебедевкой. Через два дня та же участь постигла еще 400 человек бывшего Стрешинского района.

На мирное население легли все тяжести военных поставок и поборов. Под их видом оккупационные власть вели настоящий грабеж скота и сельхозпродукции. Так, только из Краснобережского сельского Совета в период оккупации было вывезено более 3,5 тыс. голов крупного рогатого скота. За несвоевременные поставки мирное население заключали в лагеря и отправляли на  принудительные трудовые работы в Германию.

Условия жизни и труда советских людей в Германии были исключительно тяжелыми. Они регламентировались специальной инструкцией, в которой говорилось, что «все рабочие должны получать такую еду и такое жилье, которые давали бы возможность эксплуатировать их в самой высокой степени и при самых минимальных затратах». Тяжелый труд, голод, антисанитария приводили к многочисленным заболеваниям и большой смертности. Из 818 человек, вывезенных со Жлобина и района, домой  возвратилось только 227.

В отношении мирного населения оккупанты массово практиковали не только принудительные трудовые наборы в Германию, но и взятие заложников, а также мобилизацию в полицейские отряды. В памяти жителей деревень Радуша, Степы, Щедрин надолго остался сентябрь 1942 г., когда около 300 жителей закрыли в помещении школы в Паричах и через несколько дней, построив во дворе, предложили мужчинам вступить в полицию, а в ином случае они и их семьи будит рассматриваться как пособники партизан. Тех, кто отказался служить, отправили в тюрьму, откуда они не вернулись.

Практиковалась в районе и такая акция, как «разминирование». Она заключалась в том, что согнанных с помощью оружия людей заставляли плотными шеренгами «прочесывать» или вручную бороновать заминированные партизанами дороги или участки. При таких работах в районе погибло более 20 человек.

Особенное ожесточение в отношении партизан и мирного населения оккупанты проявили по мере перелома ситуации на фронтах в пользу Советской Армии. В сентябре 1943 г., когда советские войска готовили уже операцию по форсированию Днепра, в ходе карательных операций немецкий бронепоезд с расстояния в один километр обстрелял поселок Верный, после чего эсесовцы окружили населенный пункт, согнали часть населения в сарай и расстреляли. Разграбив поселок, каратели подожгли его. То же самое  повторилось с деревней Цупер.

Осенью 1943 г., когда началось освобождение территории Жлобинского района, фашисты усилили не только сопротивление, но и репрессивную политику. Так, в октябре этого года были сожжены вместе с жителями деревни Коротковичского сельского Совета – Братки, Грушка, Залесье, Замостье, Красновка. Почти ничего не осталось и от самих Коротковичей. Жители этой деревни пытались укрыться в соседних, но злой рок преследовал их: беглецы были согнаны в маленькую лесную деревушку Ола и сожжены вместе с ее поселенцами 14 января 1944 г.

Тогда же, на заключительном этапе войны, немецкие войска стали использовать мирное население в качестве прикрытия от наступающих советских частей. В этих целях жители целых деревень сгонялись и следовали за отступающими немцами или размещались в специальных концлагерях, где их часто инфицировали для переноса эпидемий на наступающие советские войска.

К разряду таких относились концлагеря в Озаричах, куда попали и жители Жлобинщины. По свидетельству очевидцев, в марте 1944 г., передав по радио обращение с угрозами о расправе, жителей Жлобина принудительно собрали на станции, после чего погрузили в вагоны и отправили на запад. На станциях Рабкор и Красный Берег тоже имелись пересылочные пункты, откуда в концлагеря отправляли жителей всего окрестного района. После переправки в товарных вагонах под Озаричи, всех загнали за колючую проволоку в три лагеря, два из которых находились прямо в болотах. Сюда же свезли больных сыпным тифом из Гомельской, Полесской и Минской областей. Люди, большинство из которых были женщины и дети, находились в мартовскую, еще зимнюю, погоду под открытым небом, без запасов воды и еды, разжигать костры не разрешалось. Распространение тифа шло мгновенно: больные, брошенные прямо на снег, умирали, заражая остальных. Ежедневные жертвы исчислялись десятками. Лагерь просуществовал около месяца. При его освобождении в конце марта была госпитализировано более 4 тыс. человек, половина из которых были дети.

Гитлеровцы уничтожали не только военнопленных и гражданское население Беларуси. Даже детей заставляли выполнять непосильную для них физическую работу, морили голодом, заключали в лагеря. Часто белорусских детей, особенно из детских домов, использовали в качестве доноров для обеспечения кровью раненых немецких солдат.

При приближении фронта фашистский оккупационный режим пошел на самое страшное преступление на территории Жлобинщины. В июне 1944 г., когда фронт вышел на линию Рогачев – Жлобин – Паричи – Горваль, в корпусах совхоза-техникума в Красном Береге был открыт немецкий госпиталь. Рядом с госпиталем, на территории бывшей воинской части, был создан концентрационный лагерь, куда доставляли детей в возрасте от 8 до 14 лет. Детская кровь должна была спасать жизни раненым немецким солдатам и офицерам, которых становилось все больше. Лагерные бараки разместили в зданиях складов технического имущества. В бывшем же спортивном зале совхоза-техникума были оборудованы 2 лаборатории. Вдоль зала, от стены до стены, была поставлена перегородка с отверстиями и сидениями перед ними. Ребенок садился и просовывал руку в отверстие для забора крови.

Как свидетельствуют документы «Чрезвычайной Государственной комиссии по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков», детей, собранных в Красном Береге не только из Жлобинского, но и Рогачевского, Стрешинского, Добрушского районов, отправляли для донорства также в Германию. Всего было отправлено 1990 детей.

Страдания и мучения детей в годы Великой Отечественной войны не были забыты. 28 июня 2008 года в Красном Береге был торжественно открыт мемориал «Детям – жертвам войны».

Дополнительная информация:

dn